Скачать из Windows Phone Store
a a a a a a a

Пластический хирург: «Девушка хочет большую грудь — почему я должен ей отказывать?»

3318
Какие пластические операции чаще всего выполняют белорусы, как пластика решает психологические проблемы и почему не стоит ориентироваться на личное впечатление при выборе хирурга? На эти и другие вопросы отвечает специалист.
Павел Анатольевич Березаев, пластический хирург-онколог
Гомельская городская клиническая больница №3

Первая пластическая операция Павлом Анатольевичем была выполнена в 1995 году. Это было эндопротезирование молочных желез после онкологии. Сегодня список услуг пластического хирурга намного шире, а количество операций приближается к 150 в год.

— Павел Анатольевич, какие пластические операции сегодня наиболее популярны в Беларуси?
— Исходя из моей практики, наиболее востребовано сегодня эндопротезирование молочных желез. За ней в лидерах блефаропластика и абдоминопластика. Операции по увеличению груди делают чаще молодые женщины до 35 лет. Блефаропластика — операция, корректирующая в основном возрастные изменения, поэтому данная категория пациентов постарше – от 50 лет. Абдоминопластику делают люди разных возрастных категорий, преимущественно рожавшие женщины.

— Вам приносят фотографии «Хочу как у нее»?
— Да, несколько раз приносили фото, показывали молочные железы: «Хочу вот такой третий!». Но все это совершенно ни к чему. Понимание того, что будет в результате, дает использование специальных муляжей. Будущий размер груди можно «примерить» и при необходимости выбрать другой.

— Приходилось ли вам отказывать в операции и по каким причинам?
— Нечасто, но приходилось. В основном в ситуациях, когда для меня было очевидно, что сделать лучше, чем есть, не получится. Пришла женщина: хочу убрать лишнее на внутренней поверхности бедер, сделайте липосакцию. Объясняю, что может остаться неровной поверхность кожи, — стоит ли коррекция такого эффекта?
Есть и совсем невыполнимые требования. Если я вижу, что смысла нет, так и говорю. Как правило, соглашаются легко.
Примерно пять женщин в год приходят с целью сузить влагалище. Отправляю на консультацию к гинекологу. Они получают адекватную консультацию узкого специалиста и в пластическую хирургию больше не возвращаются.
Хочет большую грудь — это ее желание. Согласны вот с такими? — Да. Почему я должен ей отказывать?

— Хирург занимается здоровьем человека. А пластический хирург?
— Люди без пластических операций могут жить полноценно до конца своих дней. Но они хотят улучшить свою жизнь. Для операций, которые я выполняю, только в единичных случаях имеются медицинские показания. Моя задача — сделать человека красивым и, возможно, решить его психологические проблемы. Если девушка до 30 лет делает себе большую красивую грудь и вскоре обустраивает свою личную жизнь, я склонен считать, что дело именно в этой операции. Все очень просто: большинству мужчин нравятся женщины с красивой грудью.
Работа пластического хирурга почти всегда несет психологическую функцию.
С другой стороны, вот пример. У женщины гипермастия — очень большие молочные железы. Из-за этого у нее остеохондроз. Мы выполняем редукционную маммопластику — и устраняем последствия. Шея не болит, женщина стала в целом чувствовать себя лучше и увереннее.
Поэтому неверно было бы говорить, что пластическая хирургия далека от лечения как такового.

— Как работать дальше с клиентом, который недоволен результатом?
— Вариант только один — исправлять ошибки. Или последствия осложнений, от которых тоже, увы, никто не застрахован и которые не зависят от мастерства врача. Так, у каждого пластического хирурга есть пациентки, недовольные результатами маммопластики. Они возвращаются через месяц, говорят о своем недовольстве, мы обсуждаем проблему и решаем ее. Клиент должен остаться доволен — иначе зачем все это?


— Расскажите о самом необычном случае в вашей практике.
— Года полтора назад пришла женщина с нетипичной проблемой. В результате пункции гайморовой полости в процессе лечения у нее развилась локальная жировая атрофия на лице. Одна половина лица в области щеки просто запала. Фактически в результате осложнения после простой лор-процедуры женщина лишилась человеческого облика. Мы сделали липофилинг — заполнили жиром образовавшееся западение. От нас вышел совершенно другой человек — красивая, полноценная, довольная собой женщина.

— Есть люди, которые, сделав пластику однажды, уже не могут остановиться. Что вы об этом думаете? Есть ли такие среди ваших пациентов?
— Таких очень много. Отношусь к этому спокойно: если человеку не навредит очередная операция — почему нет? Просто нужно адекватно подходить к тому, что они хотят.

— Какие критерии важны при выборе клиники и пластического хирурга?
— Самый надежный способ — отзыв человека, который оперировался у выбранного врача, только чей-то положительный опыт. Впечатление от личной встречи, безусловно, очень важно, но оно может быть обманчиво. Нельзя определить при личном контакте, хорош ли специалист. Открою вам секрет: если хирург хочет, чтобы пациент остался, он останется.

— Павел Анатольевич, совершенство человеческого тела — это дар природы или дело рук самого человека?
— Пока человек молод, это действительно щедрый дар природы. То, как этот дар будет выглядеть в зрелости, во многом уже зависит от самого человека. Задача пластического хирурга — скорректировать то, с чем человеку не справиться собственными усилиями. Это не попытка изменить природу человеческого тела, а добавить штрих там, где он был упущен или поблек со временем.