Скачать из Windows Phone Store
a a a a a a a

Психологические травмы: белоруски боятся собственных отцов, мужчин и петухов

1790 3
Автор: Александра Терех

Кто-то боится темноты и пауков, а кто-то автомобилей и собственных отцов. Психологические травмы, как правило, преследуют людей с детства. 103.by спросил минчанок, чего они боятся и как борются со своими страхами.


Мария, 30 лет

— Я росла в несчастной семье. Мама работала в три смены, а отец, наоборот, сидел дома и, как это часто бывает в таких случаях, беспробудно пил. Нетрудно догадаться, что со временем наша жизнь превратилась в ад. Началось все со словесных перепалок и битья посуды, а закончилось бытовым насилием.

Мария рассказывает, что была пятница, мама работала в ночь, отец жутко напился, а девочка попалась ему на глаза. Он накричал на нее, попытался ударить, а потом начал приставать. В тот момент она не поняла, что происходит, но сразу же решила, что не будет об этом молчать. На следующий день все рассказала маме, она была в ужасе, долго плакала, не хотела в это верить, но в конце концов пришла в себя и с детьми уехала жить к родственникам.

— Прошло время, у меня есть любящий муж и дети. Все бы ничего, но мне постоянно снятся плохие сны, где применяют насилие в отношении моих детей. Просыпаюсь и плачу. Бывает, что рыдаю во сне, и тогда муж будит меня. Говорю, мол, приснился очередной кошмар, но не уточняю, какой именно. Чувствую, что надо с ним поделиться, а лучше всего — сходить к психологу, возможно, он мне поможет.


Анастасия, 22 года

— Через 1,5 месяца будет 7 лет, как меня сбила машина. Это было теплое апрельское утро, я шла в школу, точнее, бежала, потому что опаздывала. Плохая привычка, но я от нее до сих пор не избавилась. Зеленый светофор по центру улицы Романовская слобода в Минске. Никогда так не делала, а в тот раз сделала и запомнила, наверное, навсегда: пока мигал красный свет, я вынесла вперед с тротуара одну ногу. Не наступила на дорогу, а просто протянула вперед. Таким образом я задала себе старт. Старт в больницу. Когда загорелся зеленый, я побежала. Понятное дело, что я была первой на пешеходном переходе. 

Девушка говорит, что ее подвело слепое доверие светофору: надо всегда смотреть по сторонам, прежде чем переходить дорогу! По второй полосе, с верхнего перекрестка летели белые «Жигули». Девушка не видела машину, а водитель не видел девушку. Он рассчитывал проскочить на только что загоревшийся красный. 

— Не получилось... Ни у него нарушить без последствий, ни у меня — успеть в школу. Меня откинуло на 5 метров. Четко помню вертящиеся перед глазами дома-близнецы на Романовской и магазин «Рублевский» с ними. До сих пор считаю, что не теряла сознания. Закрыла-открыла глаза — что-то серое перед глазами. Это асфальт. Слышу хлопок, поднимаю голову — вижу перед собой машину, впереди и правее меня. Это хлопнула дверца, подбежал водитель. Через некоторое время меня отвезли в больницу, где быстро сделали рентгены. В итоге: гематомы на правом виске и обеих ногах и, что самое ужасное, жуткий страх.

Я боялась любого резкого движения, будь то хоть припарковывающаяся машина во дворе, хоть голубь, взлетающий из-под ног. Не могла нормально переходить дорогу, особенно ту самую, где произошло ДТП.
Девушка рассказывает, что спустя год с небольшим она ложилась спать и повторила про себя фразу: «Ты завтра проснешься и больше не будешь бояться машин». 

На следующее утро Анастасия даже не сразу вспомнила об этом. Осознав, поспешила на улицу и не поверила своим глазам, ощущениям и вообще всему: она реально ничего не чувствовала по отношению к машинам. Это было настоящее счастье. 


Алена, 27 лет

— Мой отец любил ходить «налево». Помню, как нашла в его телефоне смс любовного содержания и показала маме. Родители потом долго выясняли отношения, а я все это слышала через стенку и чувствовала себя виноватой.
Со временем родители Алины помирились, но эта же история повторялась еще несколько раз… Тем не менее, родители до сих пор живут вместе. 

— Я, как ни странно, стала панически бояться предательства со стороны молодого человека. Меня буквально преследует мысль о том, что он может изменить, оставить меня и уйти к другой. Понимаю, это глупо, только ничего не могу с этим поделать.


Катя, 29 лет

— Я ужасно боюсь птиц, особенно петухов. Достаточно неудобная фобия, учитывая то, что они везде: в городе, деревне, на природе. Мне неприятен их внешний вид, звуки и особенно мысль о том, что они могут до меня дотронуться. Все потому, что в детстве бабушкин петух ни с того ни с сего клюнул меня в голову. Кому-то это может показаться смешным, но у меня до сих пор от этих воспоминаний мурашки по коже. Говорят, что человек может избавить самого себя от страха перед невинными птицами, только у меня пока не получается. 


Марина, 25 лет

— Отец оставил мать, когда мне было полгода, а моей старшей сестре — семь лет. Он просто ушел к другой женщине. Сейчас, будучи взрослой, я понимаю, что иногда люди перестают любить друг друга. Но я не понимаю, почему он забыл обо мне с сестрой. Папа появлялся изредка, обещал что-то подарить или куда-то сходить вместе, но потом исчезал. Ему было неинтересно со мной. 

Девушка рассказывает, что потом она выросла. При поддержке матери и сестры окончила университет, затем устроилась в одну из крупнейших американских компаний. Вот тогда отец вновь появился в ее жизни. Она опять стала ему интересна. 

— К тому моменту я уже прошла 5 отношений, одни несчастнее других. Я убегала от мужчин при первой же возможности или сложности и заглушала пустоту работой. Отцовское внимание мне льстило, и я приняла его обратно. Я, наконец, чувствовала интерес к себе обоих родителей. 

Марина говорит, что тот год был богат на события. Сестра родила малыша, а она встретила Р. Он был намного старше девушки, но она сразу поняла, что это ее человек. 

— Р. авторитетный специалист в своих кругах, и папа был очень рад с ним познакомиться. Все было хорошо. Потом я узнала, что беременна. Я плакала два дня, потому что первая мысль была о том, что я останусь с ребенком одна. Р. утешал меня и был безмерно счастлив. Но я смотрела на то, как он прыгает по квартире, и не верила ему. 

Марина говорит, что с тех пор в ней что-то сломалось. Она не может видеть и слышать папу. Она как будто прозрела и увидела, сколько в ней страхов из-за его многократных предательств, уходов и возвращений. Только начав воспитывать собственного ребенка, Марина поняла, как тяжело было ее маме. 

— Психологи говорят, надо простить. Но я не могу. Обида грызет меня изнутри каждый день, я боюсь, что испорчу наши отношения с Р, изведу его своими страхами, поэтому думаю просто порвать с папой.